Сибиряки вольные и невольные

Вернуться ко списку новостей

Судьбы жителей Милоновки:краткие биографические очерки в интерьере эпохи

2013-10-25 00:00:00

Сколько событий российской истории пришлось на долю милоновцев. Братья Евмен и Сергей Афанасьевичи Слепаковы, жена первого - Евдокия Астаповна, супруги Казаковы Федосья Елисеевна и Илья Трофимович, Андрей Семенович Романенко, родившиеся в 1870-е - начале 1880-х годов, могли бы подробно рассказать, как было принято решение ехать в далекую Сибирь. Возможно, кто-то из них, прежде чем решиться везти в такую даль семью и детишек, отправился сперва ходоком, выбрал место. (Отталкиваясь от рассказа Л.И. Слепаковой, это мог быть ее дед, Илья Трофимович Казаков, который в Сибири – с  1904 года). Потом на телегах (по крайней мере, так уверяет Лидия Ивановна) везли через всю Россию жен и детей. Поселились сперва в землянках, сделав сруб на всю семью. Белорусы – работящий народ. Вскоре тут выросли основательные дома. Стали жить, на жизнь жаловаться было некогда. Выращивали не только пшеницу, рожь, лен, но и гречку, держали скот, пасеки. По крестьянской привычке все, что можно было произвести дома - делали сами. Поколение детей первопоселенцев многочисленно. Семьи были большие, хотя и смертность среди детей - высокая. На кладбище - этом своеобразном архиве деревни -  немало детских могил. До войны по  русским деревням другая напасть прокатилась: раскулачивания. Были тут и те, кого репрессировали, и те, кто репрессировал. Вспоминали наши собеседники об активисте, которого прозвали «Сталин» - колхозный управляющий. Лидия Ивановна вспоминает, что выслали дядю ее мамы – Никона Ильича Казакова. Он вскладчину с соседями купил молотилку, за это его и раскулачили, сослали в Нарым. Отправили, понятно, без имущества, даже без теплых вещей. Многочисленная семья там похоронила половину детей. Но «выдюжили» и тут. Колхозники Милоновки жили бедно, но дружно. Работали на трудодни, собирались по окончании пахоты на берегу Киргизки, вскладчину накрывая столы. Передавали детям свои навыки и сельскохозяйственные приметы, когда сеять гречиху, как прясть, другую хитрую крестьянскую науку. Колхоз, кстати, тут никто дурным словом не вспомнил – была работа, было осознание важности своего труда. Не настало еще  время бесстрастного анализа той поры. Может, для кого-то помнится как великое зло время, когда закрывали церкви. Но не поворачивается язык осудить за Николая Ильича Казакова, который сбрасывал колокола с церкви в Семилужках. Потом он ушел на фронт, там пропал без вести. Только в  1960-е годы выяснилось - живет в Ленинграде. Потом он не раз навещал родные места. Умер в  1988 году (его фотография - на памятнике Илье Трофимовичу). Милоновцы к предкам относятся уважительно и членов своей семьи не забывают). Жители Милоновки, как все крестьяне СССР, работали, не покладая рук, в годы Великой Отечественной. Вместе с ними трудились их дочери - те, что родились еще в Белоруссии, и первые коренные сибирячки в их семьях. А сыновья воевали, и не все вернулись живыми. Фотография пропавшего без вести Михаила Алексеевича Королькова - на памятнике его дочери Маргариты. Девочка родилась зимой 1942 года, когда отец был уже на фронте. И умерла в 1944. А на могиле Андрея Семеновича Романенко (1870-1942 гг.) - еще и портрет его сына, Петра Андреевича, родившегося в 1912 году. Он умер в 1944 году. Возможно, погиб на фронте, возраст то самый призывной! В «Книге памяти» такого человека не числится, но это важное подспорье в работе краеведа, увы, не обладает полнотой информации. Внуки первых милоновцев сейчас – люди немолодые. С развалом колхоза подались он, кто в Семилужки, кто в города. Но время от времени на кладбище появляются свежие могилы – потомки первых милоновцев хотят навсегда остаться в родной деревне… Но куда важнее, что живущие и здравствующие ныне не забывают, что тут их корни, их родина, приезжают в родительские дома на все лето. И зимой навещают. Деревня, не смотря ни на что, производит впечатление жилой и очень уютной. Но будут ли так же трепетно относиться к своей малой родине дети, внуки и правнуки наших радушных собеседников? Захотят ли знать о жизни предков? Если нет - то возможно, пройдет не так много лет, и на месте деревни останется только развалины фермы да заброшенное кладбище.